Пожалуйста, отключите AdBlock.
Мы не просим большего, хотя работаем для вас каждый день.
наверх

Сель в районе Байкальска: экологической катастрофы пока можно избежать

Недавние дожди, во второй раз подтопившие населенные пункты в Иркутской области, осложнили ситуацию в районе БЦБК. Опасные отходы из карт-накопителей начали переливаться в почву. Если осадки продолжатся, возможен сход селя, и тогда экологической катастрофы не избежать. Ученые уже много лет говорят об этой угрозе. Что сейчас происходит в местах, где захоронены отходы комбината, и какие последствия наступят в случае их утечки и попадания в Байкал, – IRK.ru рассказал кандидат геолого-минералогических наук, сотрудник Лимнологического института СО РАН Александр Сутурин.

Что представляют отходы БЦБК

Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат был запущен в 1966 году. На предприятии применялась биологическая и химическая очистка стоков. В результате получался шлам-лигнин с влажностью 95%, в сухом остатке состоящий на 60% из лигнина, на 20% из глинозема и на 20% из полиакриламида натрия. Все отходы производства сбрасывались на карты, которые к 1988 году оказались заполнены на 90%. С этого времени шлам начали сжигать в специальных печах, при этом образовывался токсичный диоксин. Всего накопителей 14: десять из них заполнены шлам-лигнином, еще в четырех зола. За годы работы БЦБК накоплено 6,2 миллиона тонн шлам-лигнина.

– За время пока он лежит в накопителях, с ним ничего не происходит. Мы пробуриваем, а там нет уплотнений, влажность не уходит, сверху его золой засыпали, а нижняя часть как была кисель с неприятным запахом, так и осталась, – поясняет кандидат геолого-минералогических наук, сотрудник Лимнологического института СО РАН Александр Сутурин. – Когда лигнин идет из печки, то пахнет скипидаром, такой специфический запах, но если он полежит, то образуются сероводород, метилмеркаптан – дурнопахнущие газы.

Под захоронение отходов БЦБК отведена территория площадью 350 гектаров, из них 200 гектаров – сами карты. Ближайший к Байкалу накопитель расположен всего в 1,2 километра от озера.

Закрытие Байкальского ЦБК в сентябре 2013 года не решило накопленных проблем. Купол загрязненных подземных вод, расположенных под промышленной площадкой комбината, составляет 38 метров и продолжает оставаться источником загрязнения прибрежной зоны Байкала. «Комбинат не работает, а уровень загрязнения прибрежной зоны озера такой же, как был раньше. Почему? Потому что при работавшем БЦБК загрязненные подземные воды откачивали и сбрасывали на очистные сооружения, и вместе со стоками предприятия их очищали», – говорит собеседник.

Глубина карт 6-8 метров, сверху над шламом два метра золы (ее комбинат сбрасывал на карты в 90-х, когда золоотстойники были переполнены), длина накопителей, в среднем, километр, ширина 200 метров.

Ученые из иркутского Лимнологического института с 1986 по 1990 годы работали на Селенгинском ЦБК, где впервые в мире был сделан замкнутый водооборот. С тех пор предприятие не сбрасывает сточных вод. По словам Александра Сутурина, в Байкальске этого нельзя было сделать. Во-первых, потому что БЦБК находится на берегу озера, тогда как Селенгинский ЦБК расположен в 80 километрах от Байкала. Замкнутый оборот предполагает, что не должно быть никаких проливов. Во-вторых, в Байкальске картон отбеливали хлором, чего не было на Селенгинском ЦБК. Хлор при замкнутом обороте накапливается, и стоки уже невозможно вторично запускать в процесс. Линию без отбелки на БЦБК запускали, но полностью комбинат на эту технологию так и не перевели.

Мощный сель в районе Байкальска в 1971 году

Ученый достает карту и показывает, как располагаются накопители. Между ними протекает река Осиновка. В 1971 году в этом месте прошел сель. Как говорит Александр Сутурин, тогда «был первый звоночек».

– Территория, где стоит Байкальск, – конус выноса селей, которые идут с периодичностью в 50 лет. Странно, что никто не предполагал, что там такое может быть. В 1928 году прошел сель, в 1971 тоже, сейчас через 50 лет все повторяется, – объясняет ученый. – Там бежит ручеек Осиновка от силы 20-30 сантиметров глубиной, сейчас он два метра, а будет четыре-пять метров. За 40-50 лет его русло зарастает осинами, отсюда и название такое.

Река Осиновка подмывает дорогу. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Река Осиновка подмывает дорогу. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Заваленная заросшая нагорная канава. Её расчистка должна была быть первоочередной. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Заваленная заросшая нагорная канава. Её расчистка должна была быть первоочередной. Фото предоставлено Александром Сутуриным

Такого типа селей, как у нас, нигде нет, грязевым потоком несет валуны вперемешку с деревьями. Из стволов образуется затор – промежуточная плотина – в нем скапливается до 10 метров валунов, потом его прорывает, поток устремляется вниз и сносит все на своем пути.

В начале 20 века русло Осиновки повернуло. В этом изгибе, по словам Александра Сутурина, и может скапливаться изломанный лес. К тому же, если там образуется затор, то русло реки вернется в прежнее место.

– В 1971 году все силы туда бросили, воду откачали. 10-ю карту тогда не достало, рядом с 9-й картой сделали канаву и отсыпали валунами, ее тогда отстояли. 6-я и 7-я карты еще не были заполнены, поэтому вот здесь более менее спокойно было, – показывает сотрудник лимнологического института. – Тогда снесло мост автомобильный, и сейчас опять такая же история.

Ученые выделяют несколько причин для возникновения селей в Слюдянском районе. Должно пройти время (40-50 лет), чтобы русло реки заросло деревьями. Еще одно условие – снежная зима. «А снега там наверху до трех метров», – поясняет ученый. Небольшие землетрясения сделают всю эту массу рыхлой. На территории постоянно регистрируют 3-балльные землетрясения. Также в июле должно быть три дня дождей с суммарным объемом количества выпавших осадков 280-330 миллиметров.

Карта № 1, нетронутая экспериментом. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Карта № 1, нетронутая экспериментом. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Карта № 4 после эксперимента по осушению шлам-лигнина. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Карта № 4 после эксперимента по осушению шлам-лигнина. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Река Осиновка рушит трубопровод к карте 9.  Фото предоставлено Александром Сутуриным
Река Осиновка рушит трубопровод к карте 9. Фото предоставлено Александром Сутуриным

Все условия для схода селей известны, но несмотря на это, по словам Александра Сутурина, из всех проектов, связанных с рекультивацией отходов БЦБК, селезащиту убирают. Уже 10 лет ученые призывают власти принять меры по защите от селя. Рядом с картами-накопителями были вырыты канавы и сделаны насыпи из камней, но если пойдет мощный водный поток, вряд ли его это остановит.

Из-за дождей карты переполнены водой

Сухой летний период, как говорит Александр Сутурин, закончился на год раньше, чем прогнозировали ученые. Сильные дожди пришли уже этим летом. В результате осадков карты оказались залиты водой и переполнены. В них, итак, за годы уже скопилось почти 1,5 миллиона тонн надшламовых вод.

– Над шлам-лигнином находится зола, а над ней вода, которую нужно откачивать. 5-я карта переполнилась, и с нее бежит, через борт выливается, а рядом не бетон, там рыхлая дамба, все это может прорвать, если еще дожди пойдут. И потом как в домино, потому что карты так расположены, и все это окажется в Байкале, – оценивает ситуацию ученый.

Имитация дамбы. Фото предоставлено Александром Сутуриным
Имитация дамбы. Фото предоставлено Александром Сутуриным

По его словам, сбросить воду с карт невозможно, потому что нет очистных сооружений. Сам шлам-лигнин легче воды, поэтому если пойдет водный поток, шлам всплывет на поверхность. «В такой ситуации может содержимое карт утащить в Байкал», – говорит собеседник.

Катастрофических последствий в зоне захоронения отходов БЦБК на данный момент нет. Территория залита водой, накопители переполнены, подтоплены канавы рядом с картами, частично размыты защитные насыпи, но промежуточная плотина наверху пока не образовалась.

– Это очень серьезно. Остается только надеяться, что удастся избежать последствий, – обеспокоен ученый.

Негативный сценарий: что будет, если отходы смоет в Байкал?

– Миллиграмм лигнина в литре воды – отходы с такой концентрацией допустимо было спускать в Байкал. При таком условии комбинат бы сбрасывал шесть миллионов тонн 700 лет, – отмечает Александр Сутурин. – Даже не шесть миллионов тонн, пусть миллион попадет в Байкал с этой речкой. Вот с краю прорвет, и это все сюда стечет. За один-два дня, представьте. Органика, сульфаты, хлориды, сероводород, метилмеркаптан окажутся в озере. Начинается процесс омертвления воды, кислород связывается, вся рыба и живность дохнет.

Весь южный Байкал станет непригоден для обитания живых организмов. Вода будет отравлена, закроются предприятия по ее розливу. Байкал – это не только 20% мировых, но и 70% российских запасов пресной воды. Попадание отходов БЦБК в озеро – всемирная экологическая катастрофа. Формально, даже если в воду попадет хотя бы одна тонна, это будет скандал на весь мир, считает Александр Сутурин.

– Если шлам-лигнин попадет в озеро, это надолго. Конечно, Байкал справится, в его временных рамках 25 миллионов лет – это ничего. Точно сказать, сколько вода будет непригодна, сложно, но долго, особенно в южной части, – говорит ученый.

Небольшие сбросы в воду в районе Листвянки и Северобайкальска уже привели к распространению спирогиры в прибрежной зоне. Но объемы, в масштабах озера, сравнительно не велики, загрязнение наблюдается в тех местах, где человек ведет хозяйственную деятельность. Наиболее привлекательные места на Байкале сегодня испорчены отдыхающими.

Какие работы нужны в зоне с отходами БЦБК

– Мы можем организовать селезащитную систему и рекультивировать 7, 9 и 10 карту, в одной из них сделать селеприемник, а в двух других – твердые почвогрунты. Смешать шлам с золой, корой и создать лесопитомники, – описывает решение проблемы Александр Сутурин. – Это стоит копейки, и не надо никакого тяжелого оборудования и электричества. Вы дайте работать – не дают. Сейчас каждый бьется за то, чтобы уйти от ответственности, вот и все.

Кроме того, необходимо выпрямить русло реки Осиновки, чтобы на нем не образовывались заторы, убрать лес в пойме на расстоянии семи километров и соорудить отбойную плотину из валунов. Также нужно в два раза увеличить глубину защитной канавы – до шести метров, потому что сейчас она полностью переполнена.

По мнению ученого, начинать работы по селезащите и защите от наводнений в Слюдянском районе нужно прямо сейчас. Дождь прошел, но это не означает, что все успокоилось. В Иркутской области этим летом прошли сильнейшие наводнения. Никто не может дать гарантии, что подобные события не произойдут в Слюдянском районе, что там не сойдет сель. Угроза, которую таят в себе тонны накопленных отходов БЦБК, это не выдумка ученых, а реальность, с которой нужно что-то делать уже сегодня.

Фото Анастасии Влади

  • виктор костыгин 5 августа 2019 в 13:45 -1

    Мне стыдно за таких «ученых» . За что зарплату получают? В статье столько по технологии вранья… Чтобы писать надо чуть быть подготовленым. Не помню вас в 1971г. и на Осиновке.

Загрузить комментарии
Фотография  из 
Закрыть окно можно: нажав Esc на клавиатуре либо в любом свободном от окна месте экрана
Вход
Восстановление пароля