Александр Игоревич, если оглянуться назад: с чего начинался Иркутский филиал и что изменилось за эти годы?
— История нашей отрасли стартовала гораздо раньше — еще в 1931 году, когда появилось радио. А телевидение на территории Иркутской области запустили в 1957-м. Это были разные подразделения одного министерства связи.
В 2001 году президент подписал указ о создании Российской телевизионной и радиовещательной сети. Юридически филиал появился чуть позже — еще около года ушло на то, чтобы собрать людей из разных подразделений. Именно тогда все направления объединились в одну организацию. Теперь мы занимаемся и радиовещанием, и телевидением, и всей инфраструктурой, которая передает информацию в эфир.
Что стало ключевым прорывом за четверть века?
— Самое масштабное — переход на цифровое телевидение. Сейчас в России самая крупная в мире сеть цифрового эфирного телевидения. Для ее строительства была принята федеральная целевая программа, выделены серьезные средства. В Иркутской области сейчас находятся 152 объекта вещания, это позволяет обеспечивать сетью более 96% населения. Оставшиеся три с небольшим процента — труднодоступные районы, там жители пользуются спутниковым телевидением.
Чего стоило обеспечить сигналом такую огромную область?
— Сил и средств вложено очень много, хотя некоторые вещи деньгами не измерить. Нам нужно было эксплуатировать действующую аналоговую сеть и параллельно строить новую. А места у нас труднодоступные. В Алыгджер, например, можно попасть только на вертолете. В другие районы — исключительно на вездеходах. Поэтому на балансе компании два таких средства передвижения, а еще три лодки, так как к некоторым объектам в определенные сезоны можно добраться только по воде. Так что поработать пришлось основательно.
Вы упомянули, что 3% жителей пользуются спутниковым телевидением. Планируете ли расширять зону цифрового вещания?
— Цифровое вещание — заказ государства. Пока оно не планирует увеличивать зону покрытия. Но идут разговоры о переходе в HD-качество. Это потребует дополнительных мультиплексов. Сейчас у нас их два, в каждом по десять каналов. Чтобы перейти на HD, нужно либо сокращать количество каналов в мультиплексах, либо создавать третий. Работа в этом направлении ведется, но точного плана, когда произойдет обновление, пока нет.
Телевидение уже давно конкурирует с интернетом. За счет чего вы остаетесь востребованными?
— На рубеже веков, когда начался бурный рост интернета, аналитики предрекали, что телевидение уйдет в прошлое. Но этого не случилось. Интернет — слишком большое поле, в нем приходится тратить время на поиск нужной информации. А человек по своей психологии все равно ограничен: он подписывается на один-два канала или ресурса и смотрит только их. Телевизионный вещатель берет на себя работу по отбору контента — развлекательного, информационного. Поэтому люди продолжают смотреть телевизор. То же самое с радио в автомобилях — оно все еще остается востребованным.
Насколько сложно обслуживать оборудование в суровом сибирском климате?
— Эксплуатировать технику в наших условиях непросто, это постоянная работа. Зима заканчивается — и мы сразу начинаем готовиться к весне, а она у нас непредсказуемая: три дня светит солнце, а потом мокрый снег облепляет все вокруг, включая оборудование. Весной плавно переходим к подготовке к лету, когда регион либо заливает, либо он горит. Осенью — снова думаем о зиме, и так круглый год.
При этом разброс температур по области огромный: на юге минус 20–30, на севере — до минус 50. Производители делают достаточно надежное оборудование, которое выдерживает весь диапазон, но сбои все равно случаются. Например, на прошлых выходных в Жигалово после сильных дождей упала мощность передаваемого сигнала, и коллеги уже выехали на место, чтобы разобраться.
Как быстро удается восстанавливать вещание после сбоев?
— Регламент у нас строгий, он согласован с заказчиком — Минцифры. Для Иркутска, Ангарска и Братска на восстановление дается всего десять минут. Для труднодоступных территорий — до двух суток, а где-то и больше, потому что не всегда вертолет может сразу туда добраться. У нас для этого есть резервные мощности, передатчики и электроснабжение. Так что требования для нас даже жестче, чем для сотовых операторов.
РТРС — это не только техника, но и люди. Много ли специалистов работает с первых лет?
— В сфере теле- и радиовещания трудится больше трехсот человек по всей области. Возраст разный: буквально на прошлой неделе пришел сотрудник, в конце июня получивший диплом о высшем образовании. А есть и те, кто служит здесь десятилетиями, и начинали они еще до того, как образовалась РТРС. Например, человек 10-12 работают больше 30 лет. А в день юбилея РТРС мы вручали звание почетного работника сотруднику, который трудился в этой сфере 51 год. Он пришел совсем молодым и всю жизнь был инженером. В коллективе у нас и молодежь, и более взрослые люди, и это здорово.
Кстати, связь поколений чувствуется и в нашем музее. Там собрана история отрасли: старые радиолампы, приемники, передатчики, которые использовались еще для связи с космонавтами во время первых полетов на орбиту. Есть даже среди сотрудников легенда про космонавта Германа Титова — он на очередной сеанс связи, мягко говоря, проспал, и наш работник его разбудил. Студенты во время экскурсии от аппаратов не могут отойти — крутят, рассматривают. Молодежь уже и не знает, как выглядит дисковый телефон и как им пользоваться, а у нас все это сохранилось. Вот такой мостик между прошлым и настоящим.
Каким вы видите развитие филиала в ближайшие годы?
— Сейчас много задач по защите объектов, пока что нацелены на них. Вообще мы не стоим на месте: в 2025 году полностью заменили оборудование на первом мультиплексе, в планах — сделать то же самое на втором. Так что без дела не сидим: к нам постоянно обращаются те, кто хочет разместить оборудование в дата-центре, который находится на телецентре. Кроме того, радиовещатели ставят свои передатчики и отдают их нам на обслуживание, операторы мобильной связи тоже размещаются на наших объектах. А высотные сооружения оказались удобны для видеонаблюдения — например, камеры помогают контролировать лесные пожары. Так что мы остаемся востребованы не только как вещатель, но и как эксплуатационная организация. Глобального проекта, как переход на цифру, сейчас нет, но задач достаточно.
Вообще у нас два государственных заказа. Первый — телевизионное вещание. Второй — оповещение населения при чрезвычайных ситуациях. Иркутский филиал стал первым, кто задействовал эту систему не в тестовом режиме, а в «боевом» — в 2019 году, во время наводнения в Тулуне. Потом коллеги из других филиалов звонили и консультировались про то, как ее запускать. Семь лет прошло, и, надеюсь, еще столько же она не понадобится. Но если что — мы наготове. С региональным Центром по чрезвычайным ситуациям у нас выстроено полное взаимодействие: работаем в плотной связке и два раза в год проводим совместные тренировки, чтобы система была готова к любому развитию событий.
Есть ли объект, которым вы гордитесь больше всего?
— Конечно, две телебашни — в Иркутске и Братске. Раньше они были просто рабочими конструкциями, а теперь стали еще и арт-объектами, и это совершенно другое ощущение. Однажды вечером я заходил в торговый центр, навстречу — семья с мальчиком лет восьми. Он увидел подсветку и закричал на весь зал: «Мама, папа, включилась!». Столько счастья в голосе. Или вот недавно на парковке девушка сидела на корточках и снимала башню на телефон. Спрашиваю: «Нравится?». Она: «Очень!». Мелочь, а радостно.
Мы каждый раз придумываем новые сценарии подсветки — когда-то сами, когда-то вместе с партнерами. На наше 25-летие, 13 августа, тоже включали. В этот день сотрудники собрались в спортпарке «Поляна», оттуда через реку башню очень хорошо видно. Стояли, смотрели, радовались. В общем, и поработали, и отпраздновали.
Иркутская башня впервые засияла 1 сентября прошлого года, так что в 2026-м отмечаем первый год работы подсветки. В Братске башня точно такая же, они у нас словно сестры, поэтому можем запускать одинаковые сценарии подсветки одновременно в двух городах.
Летом есть своя особенность: у нас поздно темнеет и рано светает, поэтому включать подсветку получается не так часто, как хотелось бы. Зато сейчас световой день пошел на убыль, и возможностей радовать горожан станет заметно больше.
Светим по федеральным, региональным и городским праздникам, по просьбам администрации, участвуем в социальных акциях. Стараемся включать башню и в выходные — с пятницы по воскресенье, чтобы людям было приятнее проводить время на улице. Бывает и имиджевая реклама: поздравления на Новый год, юбилеи ведомств и компаний. А в этом году в Иркутске впервые в истории России прошел конкурс подсветок, и мы с удовольствием предоставили для него башни. Получился очень интересный опыт.
Что для вас значит быть частью РТРС?
— Наверное, это похоже на спортивную команду. Игрок в обычной жизни может быть кем угодно, но когда выходит на поле — он часть команды и выкладывается ради нее полностью. Так и у меня. Я не всю жизнь работал в РТРС, но здесь всегда стараюсь включаться в процессы по максимуму. Часто расстраивает, что процессы идут медленнее, чем хотелось бы, но быстро и идеально не получается — и это нормально.
Зато коллектив у нас подобрался такой, что люди работают не только ради зарплаты. Они прилагают усилия, потому что им действительно интересно решать задачи, разбираться в сложных ситуациях. И это, пожалуй, самое ценное, что у нас есть.
Как коллектив отмечает 25-летие?
— Мы решили, что праздновать нужно в течение всего года, и у нас уже прошло несколько ярких событий. Летом, например, устроили массовый сплав по Иркуту — с флагом, в костюмах, с отличным настроением. Потом провели волейбольный турнир среди операторов связи: участвовали мы, мобильные операторы, Ростелеком. «Заруба» была нешуточная, прямо как на чемпионате мира. Причем все прошло в теплой, дружеской атмосфере: на поле сражались, а после матча спокойно общались. Ездили с коллективом на айсфлоатинг (купание в ледяной воде в специальной экипировке) на Байкале, играли в пейнтбол, поднимались на пик Черского и гору Мунку-Сардык, проводили конкурс профмастерства, участвовали в марафоне.
Еще вместе с ГТРК организовали экскурсию для детей наших сотрудников. Показали им музей РТРС, свозили в студию телевидения, провели по аппаратным, чтобы ребята увидели, как создается картинка и как она потом попадает в эфир. Юным посетителям очень понравилось — они отследили всю цепочку: от съемки до телевизора.
Ну и, конечно, был торжественный вечер с награждением. Людей поощрили от Министерства цифрового развития, от головного офиса компании, отметили ветеранов отрасли. А еще мы планируем выпустить книгу об иркутском филиале — сейчас как раз работаем над этим. Также иркутский филиал поздравили с 25-летием РТРС губернатор Приангарья Игорь Кобзев, председатель Законодательного собрания региона Александр Ведерников и мэр Иркутска Руслан Болотов.
Что бы вы пожелали коллегам в юбилей компании?
— 25 лет — немного, но в то же время и немало. Как возраст человека: вроде бы еще молодой, но уже многое умеешь и на многое способен. Так и мы — с одной стороны, чувствуем в себе молодость, азарт и желание двигаться вперед, а с другой — уже представляем собой состоявшуюся, зрелую компанию с большим опытом и крепкой репутацией. Коллективу на следующие четверть века хочу пожелать главного — не растерять тот драйв и командный дух, которые у нас есть сегодня, сохранить целеустремленность и профессионализм. Именно в этом сочетании, на мой взгляд, и кроется наша сила.
Марина Палеева, IRK.ru
Фото Маргариты Романовой, IRK.ru
