Может ли газификация спасти регион: в Иркутске обсудили энергетический кризис Приангарья

Мероприятие открыл заместитель мэра, председатель комитета городского обустройства администрации Иркутска Сергей Гаврин. Он напомнил, что ситуация резко изменилась в 2022 году, когда вступило в силу постановление Правительства РФ, согласно которому при выдаче новых технических условий на присоединение к системе теплоснабжения учитывать нужно не фактические нагрузки, а договорные. Дело в том, что на практике существующие потребители обычно используют значительно меньше тепловой нагрузки, чем закрепленная за ними в договорах. С этого момента властям и ресурсным организациям пришлось искать выход из ситуации.

Сегодня таких решений два, и они дополняют друг друга: модернизация Ново-Иркутской ТЭЦ и строительство теплоисточника на правом берегу. Оба проекта уже заложены в схему теплоснабжения города. Новый объект будет представлять собой котельную, которая работает на привозном газе. Нужна она прежде всего для того, чтобы у правого берега была поддержка при пиковых нагрузках. Финансирование планируют привлечь в виде инфраструктурных бюджетных кредитов из федеральной казны. Модернизация Ново-Иркутской ТЭЦ, по расчетам специалистов, обеспечит бездефицитное теплоснабжение примерно до 2041–2042 года.

Сергей Гаврин подчеркнул, что в случае захода в регион магистрального газа, смешанная теплоэнергетика в городе все равно сохранится. Причина этого в том, что если стоимость угля известна, то во сколько обойдется области использование газа пока что непонятно. Сроки прихода сетевого газа он назвать не смог.

Гендиректор Байкальской энергетической компании Олег Причко рассказал, что дефицит мощностей в регионе впервые зафиксировали еще в 2019 году при разработке схемы теплоснабжения — тогда он составлял 368 гигакалорий в час, а сейчас эта цифра возросла до 500 гигакалорий в час.

Говоря о том, как решать проблему, Олег Причко напомнил, что БЭК первая в России применила два инструмента: механизм перераспределения неиспользуемых ресурсов и договоры с рядом участников, когда генерирующая компания создает новую инфраструктуру для выработки тепла на средства самих потребителей. Одним из результатов такого подхода стало появление 15 гигакалорий в час. Это удалось сделать, объединив восемь участников в одном договоре технологического присоединения.

Рассказывая подробнее о стратегических планах, гендиректор БЭК дополнил, что технико-экономическое обоснование предусматривает установку трех водогрейных угольных котлов на Ново-Иркутской ТЭЦ, а мощность новой газовой котельной составит 150 гигакалорий в час. Оба источника предназначены для работы в периоды максимальных холодов, которые занимают всего около двух-двух с половиной недель в году.

Отдельно Олег Причко объяснил, почему на правом берегу нельзя обойтись без газовой котельной и почему не подходит уголь. Дело в том, что правобережную часть города обеспечивают всего два коллектора — один на нижнем бьефе Иркутской ГЭС, другой под Глазковским мостом, и их пропускная способность уже исчерпана, поэтому передать туда дополнительное тепло с ТЭЦ физически невозможно. Кроме того, новая котельная на угле снова негативно отразятся на экологии.

— Не так давно закрыли семь котельных, и люди говорили: «Ну наконец-то мы увидели белый снег». Поэтому я думаю, что жители предместья Рабочее нас не поймут, если снова появится теплоисточник на угле. Да и мы сами поступим неправильно, если начнем нарушать то, к чему долго шли. К этому добавляются и требования федерального закона о защите Байкала, и программа «Чистый воздух», по которой к 2035 году ТЭЦ должна вдвое сократить выбросы, а значит, строить новый угольный источник было бы крайне сложно, — пояснил Олег Причко.

Специалист признал, что газ для энергетиков — это в том числе огромное упрощение технологического процесса, ведь угольная станция представляет собой колоссально сложное хозяйство с многотысячными запасами топлива, конвейерами, мельницами, дробилками и котлами, тогда как газовая ТЭЦ работает намного проще. Однако оценивать переход на такой вид топлива нужно комплексно, взвешивая все плюсы и минусы.

Представитель Общественного совета при службе по тарифам Иркутской области Наталья Захарьева на вопрос о влиянии газа на тарифы ответила, что пока что специалисты этот вопрос не изучали.

Во время круглого стола выступил и заместитель генерального директора Иркутской электросетевой компании Сергей Ересов. Он объяснил, что главная особенность региона — огромная разница между летним и зимним потреблением. В теплые месяцы оно составляет примерно 6–7 гигаватт, а в холодные превышает 10 гигаватт, то есть разница достигает 30%. Причина в основном одна — электроотопление. Если смотреть на подстанции в пригородах Иркутска, например в Урике, перепады между зимой и летом могут быть более чем в пять раз.

— Получается, что энергосистема работает примерно так: месяц в году экстремальная нагрузка. Еще условных три месяца — это стабильная зимняя высокая нагрузка. А все остальное время энергосистема как бы немножко расслабляется, а потом совсем уходит на летний отдых по объему потребления, — описал спикер.

По его словам, такие перепады означают для энергосистемы ускоренный износ оборудования, а значит, рост аварийности и снижение надежности. Именно с этой точки зрения газификация региона могла бы дать крайне позитивный эффект: она сгладила бы пики, снизила износ сетей, повысила надежность и качество электроэнергии. Кроме того, по его мнению, это еще и огромное количество инфраструктуры вроде компрессорных станций и газоперекачивающих агрегатов, а значит, новые рабочие места, рост инвестиционной привлекательности и в целом колоссальный толчок для развития региона.

Председатель комитета по предпринимательству в сфере строительства, инфраструктуры, жилищного и коммунального хозяйства Торгово-промышленной палаты Восточной Сибири Николай Двоеглазов отметил, что для предпринимателей неважно, откуда берутся мощности — из газа, угля, мазута или Солнца, потому что всегда действует простая логика: главное — стоимость и доступность. По его словам, вся экономическая модель Иркутской области строилась на дешевой энергии, и для бизнеса критично сохранить ее доступность.

Он отметил, что коммерция «встретит газ с распростертыми объятиями, но главный вопрос — по какой цене». В качестве примера он привел программу газификации в Чите, где местные власти взяли основные затраты на себя, а конечные потребители получили подключение за приемлемые суммы. Также он подчеркнул, что если затраты на магистрали и присоединение лягут на бизнес, то для средних и мелких предприятий это может оказаться неподъемным.

Николай Двоеглазов отметил, что решение о газификации зависит не только от региона: «Вопрос должны либо урегулировать на уровне правительства России, либо области следует представить прогноз развития, который будет интересен поставщику топлива», — резюмировал спикер.

Сергей Гаврин добавил, что местные власти сейчас прощупывают позицию федерального центра, чтобы регион понял, какой объем потребления нужно подтвердить для получения топлива от газопровода «Сила Сибири — 2». «Чем больше у нас будет расход, тем интереснее для «Газпрома» завершить проект с подводом газа. Но весь вопрос в стратегии и в стоимости, которая будет для газа в Сибири», — сказал он.

В финале встречи участники пришли к важным выводам: регион готов к работе с газом, и технические решения под него уже закладываются в схему теплоснабжения. Однако приход такого топлива в Приангарье — это не только вопрос регионального уровня. Решение в том числе необходимо прорабатывать в Правительстве России. Задача же города и области в сложившейся ситуации — показать свое стремление и доказать необходимость газификации.

Марина Палеева, IRK.ru

Автор фото: Максим Полуян