Смерть как бизнес

Похоронный бизнес очень специфичен по своей сути и отражает необычную сферу зарабатывания денег — на смерти. Но порой недобросовестные игроки ритуального рынка не облегчают участь скорбящих близких, а наоборот — заметно осложняют похороны умершего. Причем не только с финансовой, но и с этической стороны. Какие мытарства ожидают родственников усопших иркутян и за что им приходится переплачивать при организации погребения, выяснял корреспондент IRK.ru.

В редакцию IRK.ru обратилась Анна (имя изменено по просьбе девушки — прим. авт.). Она рассказала, с каким цинизмом медработников и похоронных агентств столкнулась ее семья при организации похорон близкого родственника, и какими «своеобразными» методами ведут свой бизнес иркутские ритуальные фирмы.

В середине марта у Анны умер дедушка. С этого момента простые граждане начали знакомиться с бездушным ритуальным бизнесом. Сразу после экипажа скорой к дому подъехала машина со скорбной табличкой «Груз 200». Ритуальщики предложили родственникам усопшего заключить договор на платную доставку тела в морг — за 1 500 рублей.

— Как только мы узнали о смерти дедушки, сразу поехали домой, — рассказывает девушка. — Когда подъехали, эта машина уже стояла у дома. Я так и не поняла, почему скорая не увезла тело.

Далее началась обработка скорбящих родственников сотрудниками ритуальной службы. Из близких усопшего попытались выудить как можно больше денег.

Анна:
— Организацией погребения занимался один из иркутских похоронных домов. Это была единственная фирма, которая нам предлагала свои услуги. То есть сейчас ритуальные фирмы не звонят всем скопом, как раньше. Однако при получении на руки договора со списком оказанных услуг несведущему очень трудно понять, чем, к примеру, отличаются похороны от погребения. А между тем это 2 разные суммы к оплате. Вот и разберись в стрессовом состоянии, что к чему.

К семье приставляют распорядителя. Анна рассказывает, что ему постоянно нужно за что-то доплачивать — за срочность, за то, что тяжело копать могилу в суровых сибирских условиях, за множество других оперативных решений важных вопросов. И за кучу разных вещей, которые, по заверению ритуальной службы, крайне необходимы убитой горем семье. А время похорон назначается не только в зависимости от скорости копания могилы, но и от наличия свободных мест в похоронном зале.

— В день смерти нас повезли на кладбище: мы думали, что будем договариваться насчет даты, а оказалось — чтобы выбрать место, — рассказывает наша героиня. — Мы не поняли, в чем отличие могилы под одной березой или под соседней. Но за это с нас тоже взяли около 1,5 тысяч рублей.

Распорядитель, по словам Анны, — мужчина средних лет, который руководит процессом и часто повторяет, каким хорошим человеком был чужой ему покойный. Что не мешает ему, однако, обижаться на близких после отказа от затратных и ненужных услуг.

Анна:
— Ритуальный зал мы заказывать не стали — было только 9 человек, кто хотел попрощаться с дедушкой. При отказе от похоронного зала и распорядителя ритуальщики заметно погрустнели. А санитары в морге вообще повели себя некрасиво — психовали, что вывоз тела на кладбище назначили под конец их рабочего дня.

К слову, к санитарам морга у Анны особые претензии. Поведение персонала девушка описывает не иначе, как циничное и мерзкое. Вместо сочувствия скорбящие получили детальные описания того, какие изменения произойдут в покойном и что родным и близким выдадут в день похорон потемневшее, синюшное тело с потеками изо рта. Так патологоанатомы подводят родственников к мысли — покойного надо привести в порядок. А за «посмертный макияж», естественно, нужно заплатить — 5 000 рублей. Благо, этим вопрос взял на себя близкий друг семьи, который поехал в морг и надавил на санитаров. В итоге семья заплатила 3 500.

В общем, даже крайне скромные похороны обошлись семье Анны примерно в 40 тысяч рублей. Как бы увеличился бюджет похорон, если бы распорядителю удалось навязать семье дополнительные «нужные» услуги?

Особые отношения

Нехитрый подсчет показывает, насколько прибылен похоронный бизнес. Так, по данным городского департамента здравоохранения, за 2012 год в Иркутске умерло порядка 7 000 человек. Если умножить это количество на минимальную стоимость похоронных услуг, объем траурного рынка, по самым скромным подсчетам, составил примерно 300 миллионов рублей.
Как рассказывает директор иркутского МУП «Ритуал» Иван Слепцов, за куски городского ритуального «пирога» борются 65 частных похоронных компаний. Это и определяет особые методы ведения бизнеса на смерти.

— В Иркутске из 65 ритуальных компаний примерно половина занимаются непосредственно услугами по захоронению, — рассказывает Иван Слепцов. — Из них не более 10 компаний зарекомендовали себя добросовестными участниками рынка. Остальные фирмы не гнушаются использовать грязные методы для получения и обработки клиентов.

В Иркутске из 65 ритуальных компаний половина занимаются непосредственно услугами по захоронению. Не более 10 зарекомендовали себя добросовестными участниками рынка. Остальные не гнушаются использовать грязные методы.

В своей работе ритуальщики прикрываются антимонопольным законодательством. Не последнюю роль в похоронном бизнесе играют и законодательные «дыры».

— В 90-х годах для ритуальных предприятий было введено лицензирование, — поясняет Иван Слепцов. — То есть по решению местных властей за недобросовестную работу ритуальную фирму могли лишить лицензии. А в 2004 году лицензии запретили — они якобы препятствуют свободной конкуренции. Кроме того, до сих пор отсутствуют жесткие санитарные нормы к транспорту для перевозки умерших. Поэтому для недобросовестных ритуальщиков в порядке вещей использовать в качестве катафалков какой угодно транспорт. Известны случаи, когда умершего везли в морг на заднем сидении «Жигулей» или привозили на кладбище в фургоне с надписью «Хлеб».

Кроме того, в Иркутске нет службы, бесплатно доставляющей тела в морг с улицы или из дома — по данным городского управления здравоохранения, этой функции в законодательстве нет в принципе. В обязанности же скорой помощи входит перевозка тел в морг только из больниц.

Привязать к себе

В условиях конкурентной свободы не удивительно, что клиентов ритуальщики ищут всеми возможными способами — в том числе через закрытые, конфиденциальные источники. Используя несовершенства законов, ритуальные агентства стремятся заработать на всех этапах — от перевозки умерших до погребения и установки памятника.

Как личные данные о гибели человека и контакты его родственников в считанные минуты попадают в частникам — до сих пор загадка для руководителей городских и областных оперативных служб. Главврач Иркутской городской станции скорой помощи Андрей Ворожба отводит подозрения от своих подчиненных.

Андрей Ворожба:
— Признаюсь, пару лет назад, когда эта тема активно обсуждалась, я проверял своих сотрудников на причастность к таким сделкам. Мы проводили служебное расследование, но не выявили фактов сотрудничества с частными похоронными компаниями.

Андрей Ворожба утверждает, что сейчас у диспетчеров и врачей скорой просто нет возможности «слить» информацию на сторону. Чтобы исключить утечку личных данных, прохождение информации через эту службу значительно ускорено. Диспетчер скорой принимает информацию о смерти человека, тут же передает ее в дежурную часть полиции и закрывает карточку вызова. За каждой такой заявкой — личные данные этого самого диспетчера, а значит выявить недобросовестного работника очень легко.

Представитель полиции, инспектор по особым поручениям ООД участковых уполномоченных ГУ МВД области Виталий Шутко также отрицает причастность своих коллег в сливе информации ритуальщикам. Наш собеседник отметил, что роль участковых в процессе фиксации смерти отводилась очень скромная — явиться на место и предварительно осмотреть тело на предмет следов насилия. Теперь же, по приказу МВД от 7 апреля 2013 года, участковых и от этой работы ограждают, а на случай смерти должны направляться работники следственного комитета.

— Фиксировать смерть человека и раньше было несвойственно нашей работе, — объясняет Виталий Шутко. — Просто до недавнего времени круг обязанностей участковых не был детально прописан. Теперь определен четкий перечень наших полномочий — в первую очередь это работа с населением по профилактике и раскрытию преступлений на своей закрепленной территории. Однако если у граждан возникнут догадки, что кто-то из полицейских имеет заинтересованность в передаче личной информации частным ритуальным фирмам, в ведомстве настоятельно просят это не замалчивать. Полицейские рекомендуют обратиться в управление собственной безопасности Главка и подробно рассказать о своих предположениях.

В то же время, несмотря на позитивные официальные рапорты, известно, что недобросовестные похоронные компании продолжают безнаказанно применять в своей работе «грязные» или попросту незаконные методики. Человек, несколько лет работающий в иркутском похоронном бизнесе, на условиях анонимности согласился рассказать о схеме работы ритуальщиков по добыче и отработке личных данных о смерти людей.

В «сливе» информации замешаны как врачи, так и сотрудники полиции. За «продажу тела» сообщившему полагается награда — от 3 до 5 тысяч рублей, в зависимости от благосостояния близких умершего. К примеру, поступает вызов на скорую — престарелому или тяжелобольному человеку стало плохо. Врачи приезжают, проводят реанимацию, но больной все же умирает. Или же кто-то пришел в квартиру и обнаружил тело умершего родственника. Куда он звонит? Обычно в полицию и скорую. На этапе между диспетчерской и дежурными экипажами информация и уходит частникам. Там на каждом уровне у похоронных агентов есть свои «прикормленные» полицейские или врачи. И от того, кто из заинтересованных работников дежурной части или медработников раньше даст наводку, тому и полагается вознаграждение.

Дальше начинается «обработка» родственников умершего. Для работника ритуальной фирмы крайне важно прибыть по адресу первым, раньше своих «коллег». И не просто прибыть, но и попасть в квартиру, получить от родственников паспорт или другие данные умершего и накрутить максимум услуг, пока скорбящие близкие эмоционально слабы.

— Убитый горем человек в первые часы после смерти близкого плохо осознает свои действия, — рассказывает специалист. — В этом состоянии ритуальщик навязывает клиенту максимум услуг. Одно из важных условий для похоронного работника — привязать человека к услугам конкретной фирмы. То есть получить на руки паспорт умершего, якобы беря на себя бумажные формальности, и максимально «загрузить» на заказ по организации похорон. В договор же ритуальщики включают и вознаграждение «информаторам» за счет дополнительных накруток на свои услуги.

Убитый горем человек плохо осознает свои действия. В этом состоянии ритуальщик навязывает клиенту максимум услуг.

Случается, что спустя время родственники приходят в себя и понимают, что их элементарно раскрутили. Но получить назад документы умершего становится очень проблематично. Клиент обращается в компанию, чей работник недавно его обрабатывал, с намерением забрать документы умершего. На что ему начинают накидывать оплату за оказанные услуги — транспортировку тела, выезд специалиста. Или же предложат выкупить паспорт за определенную сумму. Часто люди просто смиряются и заключают договор на организацию похорон либо же выкупают документы. Таким образом недобросовестные ритуальщики при любом исходе дела останутся в плюсе.

Эксперт подытоживает, что концов в этой схеме найти сейчас невозможно. Просто потому, что в этом коррупционном болоте завязаны и нечистые на руку служащие, и «коммерсанты» от похоронной индустрии. Поэтому против себя никто из заинтересованных сторон свидетельствовать не будет.

***
Один из моих собеседников отметил, что сейчас организовать похороны дороже, чем провести свадебные торжества. Сомнительное утверждение, но все же недалекое от истины. Самый скромный вариант похорон обходится в пределах 30 тысяч рублей. Общая сумма возрастет до 60—70, а то и 80 тысяч, если прибавить к этому мыслимые и немыслимые похоронные услуги — смотря что ритуальщикам удастся продать убитым горем родственникам.

В то же время нельзя сказать, что работа ритуальщиков вредна — добросовестные компании существенно облегчают близким организацию похорон усопшего. Главное — не идти на поводу у «спецов», которые в погоне за прибылью плюют на моральные преграды и ломятся в дверь в первые же часы после смерти человека. От таких «помощников» и навязываемых ими услуг родственники имеют полное право отказаться. Ведь вечный бизнес не терпит спешки, когда близкого нужно похоронить по-человечески.

Андрей Щепин, IRK.ru