Пожалуйста, отключите AdBlock.
Мы не просим большего, хотя работаем для вас каждый день.
наверх

Депутат Госдумы Николай Николаев о новых федеральных законах и проблемах Иркутской области

Перед завершением работы весенней сессии Государственной думы депутаты одобрили ряд документов, в том числе нашумевший закон о «лесной амнистии», позволяющий оставить в собственности приобретателей участки, находящиеся на пересечении с землями лесного фонда. Депутат от Иркутской области Николай Николаев рассказал, как изменения повлияют на жителей региона, какие еще важные темы разрабатывают законодатели, и прокомментировал другие актуальные проблемы: лесные пожары и конфликт между мэрами и областным правительством.

Садоводство: право на дом

Мы начали менять законодательство о лесе. Четыре законопроекта уже приняты в первом чтении: о введении конкурса для лесопереработчиков, о запрете субаренды, о защитных лесах, об усилении полномочий Рослесхоза в отношении региональных властей. Все эти законы, я думаю, до конца этого года мы доведем до третьего чтения, ведь их очень ждут.

Есть две серьезнейшие темы, которые важны для Иркутской области: законы о садоводствах и о разрешении противоречий в государственных реестрах — та самая «лесная амнистия». Начну с простого: садоводство и огородничество.

С 1998 года законодательство о садоводстве не менялось вообще. Понятно, что оно отстало. Мы провели большое исследование и поняли, что за это время порядка трети наших садоводов (а эта тема в целом касается где-то 60 миллионов человек, то есть почти половины населения России) больше не хотят существовать в рамках товариществ и объединений.

Мы разрешили на законодательном уровне вопрос строительства жилых домов на садоводческих участках. Теперь их официально можно строить. Следующий момент — мы вернули в законопроект возможность оказания региональной и муниципальной поддержки садоводствам. Прописали вопросы взаимоотношений между товариществами и людьми, которые не хотят в них вступать.

Лесная амнистия: эволюция закона

Когда этот законопроект поступил в Государственную думу, мы видели простое решение: единый государственный реестр недвижимости должен иметь приоритет над любыми другими реестрами. Это решало вопросы добросовестных приобретателей, но позволяло легализовать незаконные участки. Не было в первом чтении и разницы между особо охраняемыми природными и другими территориями.

Ко второму чтению мы поставили фильтры, которые решают проблемы добросовестных пользователей, приобретателей, собственников. В итоге из-под действия закона о «лесной амнистии» мы вывели все ООПТ и территории объектов культурного наследия.

Мы прописали, что те леса, которые уходят в населенный пункт, должны компенсироваться, быть в плане лесовосстановления. Прописали, что по будущему лесных поселков (а их порядка 60 в Иркутской области), по присвоению им статуса населенных пунктов, принимается индивидуальное решение. Комиссия определит, оставлять ли поселок, преобразовывать в населенный пункт или расселять полностью.

Уделено внимание целевому использованию земель промышленного назначения. Если на участке нет зарегистрированного объекта капитального строительства, то Рослесхоз подает в суд для установления законности его приобретения. По результатам разбирательства в суде этот участок поставят на учет в единый госреестр. То же самое касается сельхозземель с нецелевым использованием.

Почему амнистия — не амнистия

Проблема законопроекта о «лесной амнистии» в том, что его практически никто не читал. Я с самого начала говорил, что это не амнистия. Амнистия — значит «прощение», но если человек ничего не нарушил, а допущена ошибка госорганов, то почему речь должна идти о «прощении»? Это восстановление нарушенных прав. Никто никого не прощает. В Иркутской области были большие захваты лесных участков. Мы прекрасно это знаем: все адреса, пароли, явки, где это происходит. А законопроект касается только тех, у кого есть официально зарегистрированное право собственности.

Мы прописали в законе возможность пересмотра судебных решений в течение года. Мы не можем их отменить, но дали возможность людям обратиться в суд. Также прописали безусловное право на оспаривание законности приобретения того или иного участка. Поэтому, когда кто-то говорит, что мы всем все прощаем, это заблуждение из-за незнания закона.

О лесных пожарах: лучше не стало

Это мое субъективное мнение: очень много проблем, которые можно было бы решить надзорными и контрольными методами, не решаются. Мы не снижаем риски возникновения этих пожаров. Есть вещи, которые вне нашей власти, — грозы, другие погодные явления, но давайте будем заниматься тем, что мы можем.

Иркутская область по прошлому году, это было официальное заявление Рослесхоза, занизила площади пожаров в два раза. К сожалению, технология учета пожаров такова, что насколько объективно отражаются данные в этом году, мы узнаем только осенью. Мы подождем и свою оценку после этого дадим.

Люди в самых разных районах говорят, что лучше не стало. Все по-прежнему запущено. Фактор человеческий — да, наверное, он здесь есть. Что нужно сделать для того, чтобы в конце концов у нас люди не палили траву, я не знаю. Но я понимаю, что если бы у нас был порядок в лесу, мы бы горели значительно меньше.

Сегодняшняя экономика тушения лесных пожаров стимулирует не тушение, а продолжительную изнурительную борьбу с пожарами. Потому что средства падают не за результат, а за процесс.

Мы побывали в колонии в Тайшетском районе. У них там большое производство по лесозаготовке. Пилят, перерабатывают — все чисто, все понятно. Выходим дальше — частная фирма, навалены опилки, и эти горы метров на 50 уходят в лес. Это заготовленная причина следующего пожара. Могут ли власти это купировать? Несомненно, да! Поэтому, прежде чем рассуждать о сухих грозах, нужно еще и порядок навести.

О сгоревших поселках и недоплаченных компенсациях

Мы поехали в Тайшетский район, чтобы обработать противоречивую информацию о выплате компенсации пострадавшим от пожара людям. Посетили пять поселков, три из которых полностью сгорели. В большинстве случаев обязательства выполнены: люди получали 100 тысяч от региона, 10 тысяч срочной помощи и еще 100 тысяч из федерального бюджета.

В поселке Юрты есть 14 человек, которые не получили компенсацию, и нам предстоит разобраться, почему. Есть те, у кого все документы оформлены, но они получили только половину. Мы направим соответствующие запросы, нужно разобраться.

В поселке Горевая тоже все написали заявления, но почему-то есть люди, которые отказываются от выплаты компенсаций. Для меня это удивительно, тем более что сотрудница ГУФСИН, которая прописана в этом поселке, вообще в первый раз услышала, что она что-либо подписывала. Для нас это сигнал. Мы будем запрашивать списки пострадавших и тех, кто получил, и, конечно, опросим людей.

Люди не знают, чего им ждать. Им обещали, что они когда-то получат какие-то сертификаты, никакой дополнительной информации. Они не знают, когда, каким образом смогут воспользоваться этими сертификатами, получат ли они жилье. Это вызывает большое количество вопросов и нервозную обстановку.

В помощь дольщикам

Нам удалось принять законопроект, который произвел серьезную реформу на рынке застройщиков и долевого строительства. Принято решение о создании фонда дольщиков — это переход на государственную гарантийную систему для наших граждан.

Мы добились того, что фонд будет публичной правовой компанией, а значит, все прозрачно. В законе прописано, сколько это будет стоить — 1,2 % от суммы каждого договора долевого участия, и изменение этой ставки сможет проводиться не чаще одного раза в год и только федеральным законом.

Система потребовала четко прописать качественно новые требования к застройщикам. Первое — работа застройщика стала исключительным видом деятельности. Нельзя теперь привлекать средства граждан для строительства домов и, например, одновременно торговать чем-то.

Второе — это банковское сопровождение. Открытие специального банковского счета под каждый проект. Теперь один застройщик — одно разрешение на строительство и обязанность иметь 10 % от суммы строительства на счетах компании.

1 января 2018 года должна быть создана единая государственная информационная система контроля. Теперь все объекты долевого строительства попадут в публичное пространство. Мы должны увидеть все документы по каждому объекту: сколько квартир продано, на каком этапе строительство, есть ли задержки.

О конфликте облправительства с мэрами

Я по-прежнему очень надеюсь на то, что нам удастся организовать встречу между губернатором и ассоциацией муниципальных образований с участием депутатов Законодательного собрания, депутатов Государственный думы. Я несколько раз направлял такие письма на имя губернатора.

Закончилось это тем, что он приехал в Думу и встретился с депутатами. Но опять же на этой встрече не хватало мэров, депутатов Заксобрания. До тех пор, пока у нас не будет на одной площадке такого открытого диалога, у нас так же все будет продолжаться.

Губернатор и правительство будут говорить, что это на месте кто-то недорабатывает, муниципалитеты — что они ожидают чего-то от региональной власти и не получают. Я по-прежнему призываю всех сесть за круглый стол и начать решать проблемы.

Фотографии предоставлены «Единой Россией»

  • ktv518975 31 июля 2017 в 11:39 0

    Сначала уничтожили все лесхозы сократили персонал. Лесников практически не осталось. Противопожарными мероприятиями заниматься некому восстановлением насаждений никто толком не занимается. Все разделили, распилили, продали. А теперь они виноватых ищут. Верните назад ранешнюю систему управления…

Загрузить комментарии
Фотография  из 
Закрыть окно можно: нажав Esc на клавиатуре либо в любом свободном от окна месте экрана
Вход
Восстановление пароля