Переключение между военной реальностью и мирной жизнью, по словам Алексея Шелехова, происходит гораздо легче, чем может показаться со стороны. Трудность не в адаптации к тишине, а в умении на время прекратить жить на работе. Главная особенность, которая отличает военного врача от гражданского: там, на передовой, нельзя отработать смену и уйти домой, потому что дом — это та же палатка, тот же блиндаж, те же коллеги, которые стали второй семьей.
— Как работает обычный человек? Он утром приходит на работу, а вечером возвращается домой. Если сложно, то сел на кухне, с женой обсудил проблему, вроде полегчало. А на передовой ты где работаешь, там и живешь, — делится Алексей Шелехов. — Коллектив – как большая семья, все время вместе, рядом. Нужно быть более терпимым, выдержанным во всех ситуациях. Это один из моментов, к которому нужно адаптироваться.
День Алексея Шелехова начинается в шесть утра — обязательная зарядка, турник, пресс. Через час планерка, завтрак и ожидание: раненых могут привезти в любое время. В плотном, наполненном событиями ритме, среди потока задач и тревог, Алексей Владимирович нашел для себя якорь — обязательный час в день для чтения специальной литературы. Доктор называет это ритуалом, который, по его мнению, должен быть у каждого врача. Он уверен: чтобы не скатиться в рутину, нужно самому наполнять день смыслом, искать новое знание.
— Взял себе за правило — хотя бы час, но нужно почитать литературу. Хотя бы час, но нужно позаниматься какой-то наукой, — уверен доктор. — Наше подразделение накопило очень большой опыт по работе с ранеными, есть темы, на которые интересно писать. И эти моменты очень благоприятно влияют на тебя самого, это то, что включает любимую профессию, заставляет жить, не имея никаких ненужных мыслей в голове.
Говоря о том, как изменилась военная медицина за два года, Шелехов не скрывает: война — ужасная вещь, но, как бы цинично это не звучало, она оказалась мощным двигателем прогресса для хирургии. Появились новые подходы к оперативному лечению огнестрельных переломов, методики проводниковой анестезии и уникальные способы остановки внутренних кровотечений. Успех лечения зависит не от одного хирурга, а от команды, где важны все - от санитаров до анестезиологов. И это тоже меняется в лучшую сторону: стало больше квалифицированных специалистов, расширились возможности по препаратам крови и наркозу.
Алексей Шелехов признается, что профессиональные медицинские случаи, безусловно, интересны, но в памяти остаются совсем другие истории — о силе и самопожертвовании обычных парней. Он вспоминает летний случай: привезли бойца с огнестрельным ранением живота. Пуля прошла, не задев внутренних органов, но оказалась в забрюшинном пространстве. А затем выяснилось, что с этой пулей он две недели удерживал опорный пункт.
— Боец вдвоем с напарником должен был брать опорник. Заночевали в блиндаже, идет прилет и взрывается баллон с газом, - рассказывает Алексей Владимирович. — Напарник получает сильные ожоги лица и рук и не может дальше выполнять задачу. А у того парня обгоревшие руки, и он все равно идет в атаку, умудряется взять этот опорник и получает пулю в живот. По счастливой случайности пуля прошла, не задев органы, застряла в забрюшинном пространстве. Но с этим ранением он еще две недели удерживал позицию. Сила характера этого парня запомнилась. Наши ребята – настоящие герои.
Алексей Шелехов честно отвечает на вопрос о том, как он сам изменился за эти два года. В первую очередь, говорит он, появилась особая терпимость к людям, умение найти ту золотую середину между строгостью врача и состраданием. Карьера и деньги на передовой теряют смысл — на первый план выходят отношения с людьми, семья, порядочность и готовность подставить плечо.
— В той жизни на первом плане — этическая часть, самая прекрасная, самая удивительная. И она состоит из тех вещей, которых ты раньше не замечал. И совершенно очевидно, что это главное, — считает хирург. — То есть переоценка ценностей существует: ты понимаешь, что человека оцениваешь именно по его личностным качествам, насколько он силен как товарищ, который может подставить тебе плечо. Твои регалии, твои степени может быть, кому-то и интересны, но не в той ситуации. Главное — взаимовыручка, помощь, терпение. К семье начинаешь по-другому относиться, понимаешь, что это те люди, которые каждый день тоже подвиг совершают, ждут тебя.
В зоне СВО хирург все чаще вспоминает своего деда, прошедшего Курскую дугу и потерявшего ногу. Дед для него – главный пример героизма: «Он меня очень сильно держит на плаву. Наши люди выстояли в Великую Отечественную войну, а затем не только восстановили страну, но и в космос полетели, и атомные электростанции построили. Поколение моего деда это сделало, чем мы хуже их? По нашим силам бороться, защищать страну и защищать свой тыл, потому что мы прекрасно понимаем, что может произойти, если враг окажется на твоей территории. Курская область — тому яркий пример».
Говоря о помощи тыла, Алексей Шелехов с теплом отзывается об иркутянах. Сибиряки, по его словам, — это особенные люди, для которых помочь незнакомому человеку в беде так же естественно, как поздороваться при встрече. Доктор не делит гуманитарную помощь на важную и не очень, потому что востребовано было все. Но особенно запомнились те вещи, которые совсем не ждали увидеть. Например, аппарат для VAC-терапии – устройство, которое помогает ускорить заживление сложных ран.
Дорогой прибор и целый ящик расходных материалов к нему доставил Народный фронт, деньги собрали иркутяне. От иркутских школьников в зону СВО привезли аппараты ультразвуковой диагностики – дети собрали деньги, устроив благотворительный концерт.
— Что тут можно сказать? Школа и родители правильно воспитали ребятишек, есть кем гордиться, — уверен доктор. — Еще помню парня, который оказался родственником одного из моих онкологических пациентов. Он подарил нам сосудистый набор инструментов, цена вопроса весьма внушительная – около полумиллиона рублей. Такие истории, конечно, запоминаются. Но помнишь и то, что отправляют пенсионеры – трусы, майки, тапочки, это тоже все нужно. Помнишь шоколадку, которую отправил ребенок. И все одинаково значимо: совершенно точно люди показывают себя людьми. Огромное спасибо за это.
В перевязочной у Алексея Шелехова висит флаг Иркутска. Раненые бойцы-иркутяне, замечая знакомый символ, оживляются, радуются. Для доктора такие встречи с земляками — отдельная, очень теплая история, несколько слов о родном городе греют душу и ему, и раненым. «Скажешь бойцу: держись, брат, сейчас подлечишься, в отпуск поедешь, молодец, что выжил. Поговоришь про Иркутск, про дом, и легче становится, светлее», — делится военный хирург.
О своем решении отправиться на линию боевого соприкосновения Алексей Владимирович не пожалел ни разу. Говорит, что готовился к этому давно – еще в 2023 году съездил в ЛНР, посмотрел, как работают военные врачи, а через год уехал к ним. Каждый спасенный солдат, каждая операция, каждая минута за хирургическим столом подтверждают правильность выбора. И возвращаясь в свой отряд, доктор знает — он нужен именно здесь.
Екатерина Емелина, IRK.ru
Фото на превью — из личного архива Алексея Шелехова
