Сто десятый проходим — если едешь не один! Часть 4

Напоминаем, рассказ стал победителем в конкурсе «Как я провел лето». Алексей Белоусов прислал рассказ своего друга Константина о летней поездке вокруг Байкала. Первую часть повествования можно прочитать по ссылке «Сто десятый проходим — если едешь не один».
Вторая часть.
Третья часть.

День седьмой. 11 июля 2012 года. «Срамная. Встреча на реке Катере»

Встали поздновато, даже я спал дольше обычного. Паша с Мариной уже давно на ногах, дежурство. Суп утром замечательно тонизирует. Недолгие сборы, Пушистый во время завтрака успевает поменять масло в переднем редукторе. Сегодня нас ждет Срамная. После которой, если пройдем, собственно, зимник заканчивается. Вообще, если бы не высота бродов и Срамная (а также глыбовые ручьи) — зимник проходим на любом стандартном джипе, ну может еще с лебедкой.

Про Срамную, а в некоторых источниках ручей Срамной, рассказывают интересные вещи. Русло у речки меняется ежегодно. Валуны перекатываются с места на место водой с впечатляющей легкостью, изменяя авто-форватер до неузнаваемости. По большой воде, перевернуть там «Урал» или КамАЗ лаптежник, раз плюнуть. Поэтому мы понимаем, сегодня последний, но довольно ответственный участок пути. Всего-то 30 километров до выхода.

По дороге я набираю воды, потому что вся закончилась на безводной стоянке. Попадаются болотинки, но вполне проезжаемые. Переезжаем вброд какую-то речку, широкую, но мелкую, спуск к ней с уклоном, опять висим по очереди друг у друга на подножках. Павел проехал левее, вертикальный спуск, но без уклона, задний свес на коротком «Прадо» практически отсутствует, мы бы попами там сели точно. Марина, занятая фотографированием, осталась с нами. Так и ехала на нашей подножке с Алексеем. Подъем и спуск с небольшого перевала, практически проселок-хайвей.

Пришлось повышенную включать, и вот она, Срамная. Сначала прижим, но без кренов и камни так себе. Потом дорога уходит вброд на тот берег, снова на этот и так несколько раз. Камни уже большие, смотреть надо в оба. Река зажата скалами с двух сторон. И вот самый длинный и сложный участок. Глыбы здоровенные, навалены хаотично, ползем. Для себя сделал несколько выводов: не курить, чтобы держать руль крепко двумя руками, не торопиться и внимательно смотреть на впереди идущего Степича. Точнее, на его ошибки. Штурман моя, все-таки, женщина, опыта мало. Знаки, которые она мне подает — сурдоперевод отдыхает! Наконец понял: нежное па рукой, ладошкой в мою сторону, значит «медленнее». Блин, кто тебе сказал, что «Прадо» 78 с мокрыми колодками вообще тормозит? Смотрю на Леху, бегущего впереди Степиной машины, смотрю на его знаки. Степич ударяется бампером, стандартным. Замял. Еще раз, бум-с. Я в одном месте тоже тюкнулся, но силовому, по-барабану. Все. Прошли. Выезжаем на берег, река и горы ушли правее, дорога левее. Бурхан. Многие, заходящие с севера, только до него и доезжали. Выходили видимо, глядь — а дороги-то дальше и нет. Бурханили и уезжали обратно. В двух местах у меня тоже было впечатление, что дальше проехать, значит поставить физику раком. Ну невозможно, и все тут. На бурхане, останавливаемся, наливаем. Мы с Пушистым нарушаем уже сложившуюся традицию, пьем за Срамную, за пройденный 110-й, не по три, а по пять! Можно. Виктор находит значок автопробега «Калининград — Владивосток», вообще, пока мы прыгали по камням, Виктор облазил все горы вокруг реки, выбирая ракурсы. Мусора на этом бурхане уже прилично, напоминание, что мы прибыли в цивилизацию. За весь уже пройденный маршрут, мы даже пустой пачки сигарет не бросили, весь мусор сжигали.

Мы прошли «сто десятый». Прошли мечту вело-мото-квадро-снего-джип туриста. Прошли относительно легко. Благодаря отличной технической подготовке, слаженной команде, психологической совместимости, грамотному планированию. Пока еще на бурхане мы это даже не поняли. Осознание придет позже. Очень красивые пейзажи, горные системы, хребты с гольцами, долины рек, море растительности, буйство природы. Впечатлили масштабы строек тех лет. 110-й — это лишь микроскопический участок, вспомогательная, запасная грузовая дорога к БАМу. Запоздалая гордость за несуществующую уже страну, за ее комсомол, за вселенские масштабы строек века.

Еще с базы геологов мы выходили на связь с Сергеем (Немо 31). Сегодня утром, двумя экипажами на «восьмидесятках», Немо 31 и Север, должны выдвинуться нам навстречу. После Срамной, еще примерно 10 километров лесной дороги со здоровенными камнями, и вот… дорога выходит на оперативный простор, вдоль озера Иркана. Равнинное место, красивый сосновый лес, справа — озеро. Едем в деревню Кумора, там магазин, запасы пива сильно истощены. Кумора, относительно большой поселок, с больницей — она была закрыта, но есть в наличии. Люди улыбчивые, что приятно. В магазин пришла пешком глава администрации. Поздоровались, она нам рассказала, где лучше рыбачить, где отдыхать, даже местного мальчишку-Сусанина с нами отправила, чтобы показал. Сначала отправились на горячие источники. По дороге Степич остановился спросить у прохожей девушки, чего спросить — не знаю. Она смотрела глазами ТАК, короче, голодные там девушки, однако. Место на источниках нам не понравилось, поехали в сторону БАМа, встать на протоке, впадающей в озеро. Рыбалка и обед.

Пока обедали, Владимир (Пух), Степан, Кирилл отошли порыбачить. Закинул себе Пух спиннинг — щучка, грамм на 300, Степа закинул — окунь на килограмм почти. По традиции отпустили золотых рыбок, и они, выпучимши свои тупые глазки, поплыли себе. Павел взялся менять задние колодки. Сергей по этому поводу пошутил: «Тойота — дерьмо». Посмеялись такой шутке, от новоявленного владельца «Митсубиши». Андрей уехал в Кумору отвозить мальчишку, Влада. С Пашиной рации уже была устойчивая связь с Немо 31. Пока мы ездили к источникам, «Северобайкальцы» прошли Новый Уоян и свернули к нам. Встречу назначили на реке Катера.

Зрелище прелюбопытное. Встреча на Эльбе или Катере. Как в шпионском детективе. Гравийка, укатанная из мелкого камушка. Идем быстро, 80—90 км/ч. Мост через живописную реку, справа горы, перед мостом, перегородив пол-дороги, под углом стоят две «восьмидесятки». Перед машинами столик, сервированный рюмками и закусками. Было очень приятно такому гостеприимству. Знакомимся, на форуме irkutsk-4x4.ru общались давно, а вживую не виделись никогда.

Встаем на Катере. Место очень красивое, комара, по северным меркам — мало. Степич уезжает на рыбалку с Севером. Мы общаемся, отдыхаем. Есть связь, «Мегафон» в тех местах вообще вне конкуренции, МТС — местами, БВК, если на крышу авто встать, тогда иногда ловит. Все отзвонились родным и близким. Я смотрел на участников экспедиции. Все абсолютно разные люди, но у всех стремление к непознанному, прагматичный авантюризм. Действительно, общие интересы сближают. Обросшие щетиной, грязные, усталые. Но — надежные, свои, не бросят, не подведут! На завтра план уже готов. Выдвигаемся до Северобайкальска. По пути посещаем источники Дзелинда, устье Кичеры и ночуем на озере Слюдянское. Протяженность 200 километров, асфальт и гравийка.

День восьмой. 12 июля 2012 года. БАМ

От места стоянки проезжаем 24 километра по гравийке. Ба! Даже встречные пузотерки появились. Неделю мы не видели других машин. Вот он — БАМ. Комсомольско-молодежная стройка века. Один путь, но железный! Направо — дорога на Северомуйск и Таксимо, куда вчера уехали Бамовцы. Налево — дорога в Северобайкальск. Несмотря на асфальтовые куски, за дорогой практически не следят. Видимо, нет ее ни в обычных, ни в перспективных планах, вообще бюджет на нее не заложен. Многие знаки и таблички — самодельные, хотя иногда техника стоит, чего-то делают. Местность красивая, справа железка, за ней горный хребет. Слева сосновый лес, дорога песчаная. Вот и асфальт, Новый Уоян. Место стыковки западного и восточного участков БАМа (если не путаю ничего). Заезжаем на заправку. Пока заправлялись, Пушистый уже занырнул под машину, задний правый аморт оторвался. До места стоянки поедет без него.

На горизонте Верхнеангарский хребет, громадина на пол-неба, из всей экспедиции, однако, самый высокий. Гольцы с цирками возвышаются почти на километр выше зоны леса. Нереально жарко, обшивки в салоне нет, весь жар от агрегатов трансмиссии — тоже в салоне. Асфальт заканчивается, теперь грейдер надолго. Кондиционер с жарой не справляется, черт с ней, с пылью, открываем окна, хоть чуть-чуть обдувает. К потному телу прилипает пыль, ну и ладно, помоемся на озере. Мост через Верхнюю Ангару, которая, в отличие от обычной, таки впадает в Байкал. Теперь она слева от нас, будет петлять кольцами до самого Байкала. Справа, спускаясь с гор, начиная от высокогорного леса и до дороги и дальше — Глыбовый Ручей. Зрелищно! Пересаживаемся, за рулем супруга. Пробую на ходу писать. Главное, разобрать потом, что написано. Едем не слишком быстро, Андрей на трех амортах отстанет. Объезд, мост разрушился, вечного ничего нет. Брод с каменюками, но попроще, чем Срамная. На броду стоят машины, два грузовика и пузотерка, смотрят на нас с ухмылкой. Почему, так и не понял. Остановились перед поворотом на Дзелинду.

Накачанные до полутора очков колеса перед выездом в цивилизацию снова спускаю до единицы, Степич поступает так же. Пока бегал вокруг машины, пауты укусили раз 30, не меньше. Дзелинда. Горячие источники бьют из-под горы. Ванны сделаны проточными, чтобы минералка в них не застаивалась. Рядышком бежит ледяной ручей. От стоянки надо спуститься метров двадцать, внизу раздевалки, «М и Жо». В раздевалке тень, комары висят строем. Выходишь на солнце — пауты. Спасение в ванне. Температура воды высокая, заходил постепенно, поначалу ощущения, что сапун, вместе с хомутами, сейчас закипят. Потом привыкаешь. Действительно лечебная вода, все свежие укусы и припухлости от них сошли на нет. Правда, пока вылез, вытерся, добежал до машины, искусали еще в десять раз сильнее. Местные уже потом говорили нам, что умные люди пользуются этими ваннами в сентябре-октябре, когда уже нет гнуса. Там же, на Дзелинде, меня покусал мокрец. Всего два, в губу и в глаз. Но увидел и почувствовал это гораздо позже. Термометр показывает за бортом +33, вот тебе и север! В Нижнеангарске заезжаем на устье Кичеры, длинная коса, с кучей отдыхающих. Фотографируемся возле стелы «Северная точка Байкала», если переплыть неширокий пролив, можно попасть на остров Ярки. Шириной он 20—25 метров, а вот в длину без малого 20 километров. Несмотря на граждан отдыхающих, везде стоят фанерки с надписью о запрете купания.

Дорога от Нижнего в Северный (местные так говорят) — классический серпантин. Слева Байкал, справа горы. Сначала попадаются задницы машин, загнанных в кусты рядом с дорогой. Это рыбаки. Затем начинается участок с мысовыми тоннелями, БАМтоннельстроя. Говорят, что фонит там радиация до сих пор. Соответствующие стелы стоят слева, а вот памятник автомобилю, вывозившему грунт из тоннелей, ярко-желтый МоАЗ на постаменте — справа от дороги. Северный, сразу едем в кафе. Узбекская кухня, порции здоровые, но по вкусу на трояк. Пока обедали, Пушистый и Невидимый ездили по магазинам за запчастями для ремонта.

Триумфальный проезд по городу, главная площадь. По дороге «встречки» сигналят Сергею Немо, многие его знают, а не заметить его в сопровождении нашей колонны не возможно. Сергей, пока мы на площади, съездил забрал свою супругу, и все вместе едем на озеро. Дорога опять вдоль берега, в село Байкальское. Серпантин, смотровая площадка с бурханом и великолепным видом на Байкал и окрестные горы. Озеро. Шлагбаум. Немо 31 шепчет чего-то парню-охраннику, музыки не было, но пропустили нас с улыбкой. Попытались встать, свернув направо, но узкий перешеек между болотом и озером, весь занятый палатками, нам не подошел. Развернулись, доставив уйму видеоудовольствия отдыхающим, и нашли большую площадку с левой от въезда стороны.

После трех ночей в машине палатку ставили даже с удовольствием. На выходные обещали дождик, поэтому даже тентом прикрыли. На берегу возвели две кухни, кострище. Невидимые уехали ночевать в Северный, Немо — тоже. К вечеру у меня начала распухать губа, сначала чесалась, потом ее разбарабанило. Чувствительности нет никакой, как от наркоза стоматолога. Удовольствия группе масса. Еще бы — такая рожа! Проблема в том, что надо как-то выпивать. Рюмку не чувствую, заливал из кружки, половина на футболку, закусывать вообще никак. Гребаный мокрец и аллергия на его коагулянт. К часу ночи опухоль начала спадать, чувствительность возвращаться.

Продолжение следует. Осталась последняя, заключительная часть